В XVIII веке табакерка была не просто аксессуаром, а предметом придворного обихода: её доставали продуманным, почти театральным жестом. Жест раскрывал не только крышку, но и статус хозяина, его вкусы и порой даже настроение.

Перед нами табакерка, которая вышла из мастерских Мейсена около 1745–1750 годов. На ладони умещается целый живописный мир - сады, рейнские замки, оживлённые гавани. Автор росписи табакерки неизвестен, однако источник его вдохновения вполне определённо связан с голландским художником Яном ван Калле, умершим почти за полвека до появления этого предмета.

Ян ван Калле (Неймеген, около 1655 - Гаага, 1703) - художник, который выучился сам, копируя Брейгеля и Бриля. Позже он отправился изучать архитектуру и перспективу - сначала в Швейцарию, потом в Рим. Возвращаясь в родную страну, он побывал также в Германии и в итоге обосновался в Гааге, где стал одним из выдающихся рисовальщиков-топографов своего времени. Особенно публика ценила его виды Рейна и садов Оранских дворцов, поэтому эти рисунки продавались дороже, чем его живопись. Издатель Петрус Схенк решил объединить их в сборник гравюр, вышедший около 1700 года под названием «Admirandorum quadruplex Spectaculum». Издание включало семьдесят одну гравюру, объединённую в четыре серии: «Рейн», «Дворцы Оранских», «Гаага» и «Амстердам».

Вероятнее всего, именно в этом собрании гравюр анонимный мейсенский художник черпал мотивы для оформления табакерки, которая перед нами. Изображение бассейна со статуей и стриженными зелёными насаждениями на внутренней стороне крышки напоминает сады Оранских. Виды замков и каменных мостов на стенках табакерки перекликаются с рейнской серией, тогда как портовые сцены на крышке продолжают ту же тему дальних путешествий.

Кстати, само появление таких «гаваней» на фарфоре - заслуга не ван Калла, а мейсенского художника Иоганна Грегориуса Хёрольдта. Именно он в 1720-е годы придумал жанр Kauffahrtei - «купеческой гавани»: сцены с кораблями, тюками товаров и людьми в восточных одеждах в порту. Хёрольдт также развил особый стиль шинуазри, европейскую интерпретацию китайских мотивов, и создал около полутора десятков новых красок для росписи по фарфору. Без его новаторских идей наша табакерка, вероятно, выглядела бы совсем иначе.

Именно в таком художественном контексте и появился предмет, который перед нами. Мейсенская мануфактура была основана в 1710 году курфюрстом Августом Сильным как первая фарфоровая мануфактура Европы. К середине XVIII века табакерки стали одним из наиболее востребованных изделий: прейскурант 1765 года перечисляет одиннадцать их разновидностей - от простых цветочных до дорогих табакерок с сюжетной росписью. Такие вещицы дарили послам и придворным вместо денег: подарок был не просто знаком внимания, но и демонстрацией статуса и вкуса.

Золотая оправа сохранилась до наших дней - редкая удача для табакерки XVIII века. Оправу обвивает жгут из желобков, на котором время стёрло почти все клейма пробирного мастера. Каждая грань рассказывает новую сцену: дамы в платьях с фижмами, всадники, моряки. Написаны они в манере Kauffahrtei, с той лёгкой дымкой, что придаёт небу и воде легкое движение, несмотря на миниатюрный масштаб фигур.